Трудно быть богом
«Определённо, тщеславие — мой самый любимый из грехов». Аль Пачино произносит эту фразу в фильме «Адвокат дьявола». Главный герой картины — юрист, не проигравший ни одного дела. Он использовал талант красноречия для того, чтобы вытаскивать из тюрьмы самых отъявленных негодяев. Его мотив прост — желание доказать своё величие. Какое это имеет отношение к нашей истории?
Джон Мани был не простым сексологом, у него имелась теория. Он полагал, что дети при рождении гендерно-нейтральны. Поэтому их половая самоидентификация зависит не от первичных половых признаков, а от воспитания. Главное — успеть до двух лет заложить нужную гендерную модель поведения, этот период Джон назвал «гендерные ворота», и тогда из мальчика получится вырастить девочку.
В 30 лет ученый стал профессором по педиатрии и медицинской психологии в американском университете, а в 44 года вместе с эндокринологом Клодом Миджоном основал Клинику гендерной идентичности. Джон хотел заставить весь мир признать его идею, но без практики слова профессора звучали не столь громко. Спустя год после открытия клиники, у него появилась такая возможность — к авторитетному специалисту, который на тот момент обрёл известность, выступая на телевидении, обратилась канадка Джанет Реймер с мольбой о помощи. Её семимесячному сыну Брюсу сделали неудачное обрезание и он лишился части пениса…
Родители пытались спасти сына
22 августа 1965 года в семье Джанет и Рона Реймер появились дети — мальчики-близнецы Брайан и Брюс. Когда малышам исполнилось семь месяцев мать заметила, что они оба испытывают трудности с мочеиспусканием. Врачи диагностировали фимоз и назначили операцию. Первым обрезание сделали Брюсу, но вместо скальпеля медики использовали лазерный аппарат. Неизвестно, что стало причиной: халатность специалистов или сбой механизма, — но во время медицинской процедуры ребёнку сильно обожгли половой орган.
Восстановить нельзя. Беспощадные слова врачей обрушились на Рона и Дженет как снежная лавина. Родители долго не могли смириться с тем, что жизнь их мальчика исковеркана в самом начале пути. Опасаясь повторения ситуации, супруги решили не отправлять второго сына на обрезание и со временем фимоз прошёл. Но что делать с Брюсом? Что ждет покалеченного малыша впереди? Как с такой травмой он сможет чувствовать себя полноценным человеком и настоящим мужчиной?
Мать и отец были в отчаянии. Они судорожно думали, как помочь сыну не чувствовать себя ничтожным и уберечь от насмешек, которые ждали его в будущем. Однажды Дженет случайно увидела выступление сексолога Джона Мани, вещающего о своей гендерной теории по телевизору. Тогда женщина впервые подумала, что у Брюса есть шанс на полноценную жизнь, и написала письмо специалисту.
Тернистый путь превращения Брюса в Бренду
Джону Мани выпал уникальный случай доказать свою гендерную теорию на практике. Наличие брата-близнеца у Брюса сыграло на руку профессору, так как обеспечивало наличие «контрольной группы». После осмотра мальчика психолог сообщил родителям, что единственный способ превратить несчастного малыша в счастливого взрослого — операция по смене пола. Джанет и Рон сначала не соглашались, но период «гендерных ворот» заканчивался. В итоге настойчивые уговоры профессора возымели успех — ребёнка кастрировали незадолго до его второго дня рождения. Спустя какое-то время крохе сделали операцию по формированию влагалища. Так Брюс стал Брендой.
Профессор дал наставление родителям никогда не рассказывать ребёнку о хирургических вмешательствах и растить как девочку. Отец с матерью выполняли указания: покупали Бренде кукол и наряжали в платья. Помимо этого они регулярно посещали врача, чтобы получать рецепты на гормональные препараты, которые нужны были малышке для окончательного превращения в девочку. Но на этом испытания Бренды не закончились. После достижения сознательного возраста она вместе с братом регулярно ходила на приёмы к Джону Мани, чтобы у неё сформировалось правильное представление о сексуальности.
Во время сеансов профессор заставлял детей раздеваться, показывал фотографии половых органов и беседовал о гениталиях. Сексолог делал всё возможное, чтобы девочка понимала разницу между мужчиной и женщиной и у неё не возникало вопросов о собственной гендерной идентичности. Но подобная «терапия» дала обратный эффект — Бренда ощущала неловкость при обсуждении столь откровенных тем. Она никак не могла почувствовать себя девочкой и проявляла пацанские повадки: писала стоя, интересовалась мальчишескими играми, обладала тяжёлой походкой.
Чужая среди своих, своя среди чужих
Взросление Бренды проходило сложно. Она чувствовала себя неприкаянной: ни девочки, ни мальчики её не принимали. Даже брат-близнец Брайан не брал новоявленную сестру в свою компанию, боясь реакции других детей на её странное поведение. Зато Джон Мани считал, что эксперимент проходит удачно. Он с завидным постоянством публиковал книги, в которых подробно описывал «успехи» Бренды. Сексолог не замечал или не хотел замечать, что его теория гендерной идентичности оказалось нежизнеспособной, и продолжал рекламировать свою методику.
Когда Бренда достигла подросткового возраста, отец, видя страдания дочери, рассказал ей всю правду. Девушке предстояла операция по формированию внутренних женских органов, от которой она наотрез отказалась, решив стать тем, кем ей было предначертано от природы — мужчиной. Бренда вновь начала принимать гормоны, но уже мужские, а спустя некоторое время благодаря медицинскому прогрессу, перенесла несколько хирургических процедур по обратной смене пола: ей удалили выросшую от препаратов грудь и восстановили пенис. Так Бренда стала Дэвидом.
Жена и трое детей
С трудом приняв новую личность, Дэвид женился на разведённой женщине Джейн Фонтейн. От предыдущего брака у неё осталось трое детей, которых он усыновил. Но до встречи с возлюбленной у парня были три попытки самоубийства. Воспоминания о пережитом не отпускали Дэвида и не давали спокойно жить.
В 30 лет он начал проходить терапию у другого сексолога Милтона Даймонда. Работая с Дэвидом, специалист доказал, что теория Джона Мани оказалась провальной. Впоследствии психолог начал бороться за то, чтобы других детей в дальнейшем не втягивали в циничные эксперименты.
«Счастливый финал»
Несмотря на наличие жены и детей Дэвид так и не смог вернуться к нормальной жизни и чувствовал себя неполноценным человеком. Его единственной постоянной спутницей продолжала оставаться депрессия. После смерти брата-близнеца Брайана от передозировки лекарств, назначенных для лечения шизофрении, Дэвид развёлся с Джейн и бросил работу. Когда ему исполнилось 38 лет он наконец-то избавился от страданий — покончил жизнь самоубийством.
Судьбы родителей близнецов-мучеников тоже закончились печально: отец стал алкоголиком, а мать после собственной попытки суицида превратилась в живого мертвеца.
Кто виноват?
Дэвид Рейнер после неудачного обрезания был обречён. Именно так решили его родители. Вместо того чтобы принять тяжёлые последствия, просто быть рядом и несмотря на изъян относиться к сыну как к нормальному человеку, они согласились на безжалостный эксперимент Джона Мани. Виноваты ли Джанет и Рон? Нет, они ухватились за единственный шанс, но ошиблись.
Есть ли вина в трагической жизни Дэвида профессора Джона Мани — вот об этом интересно подумать. Он изначально видел в ребёнке не живого человека, а подопытного кролика, средство к достижению цели стать великим учёным и войти в историю. Настоящий психолог должен помогать людям преодолевать внутренние барьеры, а тщеславие Мани их только создавало.
Жизненный путь Дэвида Рэйнера оказался героическим и мученическим. На своём примере он показал, что в научных открытиях нельзя использовать людей в качестве расходного материала. Что же остаётся нам, обыкновенным наблюдателям? Просто помнить о Дэвиде. Просто помнить.